Скорая помощь по-новому

«Ужас!» «Кошмар!» «Еще хуже работать будут!» Именно так отреагировала широкая общественность страны на решение Министерства здравоохранения внести ряд поправок в закон о службе скорой медицинской помощи. Как это всегда и бывает, разработчики поправок вяло отреагировали на этот резонанс, и с 15 февраля текущего года скорая помощь заработала по-новому: «В целях большей эффективности и качества работы службы СМП».

Лето прошлого года. У дороги рядом с перекрестком Гурбы-Муратбаева неподвижно лежит женщина. Средних лет, прилично одетая, запах алкоголя не ощущается. Трое прохожих, склонившихся над ней, безуспешно пытаются привести ее в чувство. Еще двое также безуспешно пытаются вызвать карету «скорой помощи»: «Нет машин», «Она, наверное, пьяная», «А документы у нее есть?» – самим «экстренным» эскулапам эти аргументы отказа кажутся железобетонными. Наконец один из прохожих не выдерживает и направляется на станцию «скорой помощи», уютно расположившуюся метрах в ста и хорошо просматривающуюся с того места, где лежит женщина. Минут через пятнадцать карета приезжает. Экипаж «неотложки» с недовольным видом грубо забрасывает (!) женщину в салон и уезжает. Прохожие-доброхоты, оцепенев от такого отношения к больному, еще некоторое время молча смотрят вслед удаляющейся машине…
Видимо, подобное отношение со стороны сотрудников службы скорой медицинской помощи в последнее время перестало быть редкостью не только в нашем славном горняцком городке. Шквал критики на работу этой службы несся в профильное министерство со всех городов, включая обе столицы, и весей страны. Чиновники от медицины долгое время держали оборону, отвечая на многочисленные жалобы стандартными отписками, и даже как-то заявили, что «врач имеет право на ошибку», чем вызвали еще большую волну возмущений. Но в итоге вынуждены были признать, что «скорая помощь» в нашей стране не всегда скорая: время доезда в разы превышает общепринятый норматив, и напрямую зависит от местонахождения пациента; госпитальная смертность составляет 42% (что в два-четыре раза выше, чем в других странах); только четверть из всех реанимаций, которые оказывает скорая медицинская помощь, оказались успешными; оснащённость транспортным и медицинским модулем недостаточная, а уровень износа автомобилей – 51%. Свою «лепту» в эту оценку внесли и неполная автоматизация, отсутствие централизации системы управления вызовов «скорой помощи» и низкий кадровый потенциал.
И чтобы подсластить «пилюлю», чиновники приказом Министра здравоохранения РК от 8 января 2018 года внесли изменения в Правила оказания скорой медицинской помощи в Республике Казахстан. Разумеется, «опираясь на международный опыт»: «Был рассмотрен опыт стран СНГ, Канады и Турции. Учитывая международный и наш опыт, мы предлагаем оптимизировать и группировать по симптомам, синдромам – пять категорий срочности до 56 поводов».

Итак, согласно этим правилам, диспетчер станции скорой медицинской помощи (ССМП) принимает на пульте «103» все вызовы от граждан при нарушении состояния здоровья. При поступлении вызова диспетчер фиксирует следующие данные: фамилия, имя, отчество, возраст и пол пациента; данные по состоянию пациента и обстоятельства несчастного случая, травмы или заболевания; адрес и телефон, а также ориентировочные данные по проезду к месту нахождения пациента. Время обработки вызова с момента его получения диспетчером ССМП до передачи для обслуживания бригаде СМП составляет пять минут, в течение которого проводится сортировка по категории срочности вызова. В сельских населенных пунктах для обслуживания вызовов диспетчером районной подстанции ССМП привлекаются специалисты и санитарный автотранспорт ближайших медицинских организаций. При этом принятые диспетчером вызовы? подразделяются на 4 категории срочности:
— вызов 1 категории срочности — состояние пациента, представляющее непосредственную угрозу жизни, требующее оказания немедленной медицинской помощи;
— вызов 2 категории срочности — состояние пациента, представляющее потенциальную угрозу жизни без оказания медицинской помощи;
— вызов 3 категории срочности — состояние пациента, представляющую потенциальную угрозу для здоровья без оказания медицинской помощи;
— вызов 4 категории срочности — состояние пациента, вызванное острым заболеванием или обострением хронического заболевания, без внезапных и выраженных нарушений органов и систем, при отсутствии непосредственной и потенциальной угрозы жизни и здоровью пациента.
Время прибытия фельдшерских и специализированных бригад до места нахождения пациента с момента получения вызова от диспетчера составляет: 1 категория срочности — до десяти минут; 2 категория срочности — до пятнадцати минут; 3 категория срочности — до тридцати минут; 4 категория срочности — до шестидесяти минут. Фельдшерские и специализированные бригады оказывают медицинскую помощь прикрепленному населению и лицам, находящимся в зоне обслуживания ПМСП, круглосуточно. Вызовы 4 категории срочности обслуживаются как на уровне отделения СМП при ПМСП, так и путем передачи данной услуги в аутсорсинг в медицинские организации или (субъекты здравоохранения), имеющим государственную лицензию на оказание скорой или неотложной медицинской помощи.

А получилось, на взгляд широкой общественности, не очень. Едва проект приказа был опубликован, Министерство здравоохранения опять накрыла лавина критики. «В общем, целый час мучайся, может и приедут», «Надо ввести единую государственную службу спасения типа 911, а не так, чтобы каждый орган решал, через сколько минут приехать», «А если человек упал на улице? Никто ведь не знает, кто он, сколько ему лет, где живет, какой диагноз и т.д.? Теперь будем просто проходить мимо?», «Ну капец, а что, если не знаешь, что с человеком? Даже если это хроническая болезнь. Вдруг человек на грани, простой народ-то не может знать этого, распознать какие-либо признаки, которые представляют угрозу жизни», «Посмотрим, как вырастет статистика смертности населения, потому что обычный человек, не имеющий медицинского образования, не может оценить степень тяжести заболевания. Бывает, люди и от гриппа за час умирают, для этого и названа она Скорая медицинская помощь, а не просто медпомощь!», «А если человек один дома, ему плохо, и он не может толком разговаривать?», «Когда не было социальных отчислений по медицине, приезжали нормально. А после введения этих отчислений теперь можем и не дождаться скорой?», «Раньше также работали. Ничего не изменилось. Тот же бутерброд, просто упаковка другая».
Впрочем, как это у нас всегда и бывает, приказ был одобрен безоговорочно, и с 15 февраля нововведения вступили в силу.

Наш горняцкий городок небольшой. Пешком его можно пересечь за полчаса. А если поперек, то и того меньше. Тем не менее, и у нас «неотложка», как было упомянуто выше, умудрялась нарываться на справедливую критику. Почему? И как она будет работать в новых условиях: по-новому или также? Памятуя, что в Сатпаеве все дороги ведут в городской акимат (так уж сложилось, и, поверьте, в большинстве случаев это очень даже неплохо), мы для начала отправили эти вопросы в отдел социальной сферы аппарата акима города, курирующий и вопросы здравоохранения. Из полученных ответов мы узнали, что городская станция скорой помощи является отделением КГП «Поликлиника г. Сатпаев», возглавляемым Сыйпат Сагимбаевой. Заведующий отделения – Нурлан Муканбединов. Численность обслуживаемого населения – 69892 человека. Радиус обслуживания – 80 км. Диспетчерская служба – 1. Городской телефон – 871063-3-26-25, 103.
Также мы узнали, что в 2017 году скорая медицинская помощь выезжала на 34981 вызов. В 2018 году, за январь-февраль – на 5481 вызов. Оценка работы СМП в 2017 году – «удовлетворительно».
Что касается прогноза качества работы СМП на этот год, то оно – качество – должно, по мнению Гульмиры Тансикпаевой, руководителя отдела социальной сферы аппарата акима города, вырасти.
– В этом году отделение получило три спецавтомашины, оснащенные новейшим медицинским оборудованием, способствующим диагностике и оказанию экстренной медицинской помощи фельдшерскими и специализированными (врачебными) бригадами. Новые спецмашины позволят не только сократить время доезда до больного, но и улучшить качество оказываемых медицинских неотложных услуг. Все спецмашины подключены к навигационной системе GPS, которая позволяет эффективно использовать автотранспорт.
– В новых правилах вызовов СМП не указан выезд бригады, если человеку стало плохо на улице, и он потерял сознание. Будет ли городская служба СМП выезжать на такие вызовы, и если да, то в какой период?
– Конечно, будут обслуживать всех, без исключения. Данные обращения будут классифицироваться, как 1-ой категории срочности и обслуживаться в течение 10 минут.
– Есть ли в городской службе СМП специалисты, которые по телефонному звонку смогут определить, какая категория у вызова: 1-я, 2-я, 3-я или 4-я?
– Да, это обученные и подготовленные фельдшера-диспетчера, которые проводят дифференцировку согласно утвержденным алгоритмам и пошаговым действиям, определенным в нормативных документах. При поступлении и передачи вызова, диспетчер ставит повод и код вызова. С 2017 года функционирует единая информационная АДИС программа, где идет сортировка по категориям срочности вызова, согласно поводу и коду вызова.
– Кто и какую персональную ответственность понесет за неправильно определенную категорию вызова в случае, если больной умрет, не дождавшись приезда бригады СМП?
– Персональную ответственность несет диспетчер СМП и старший врач смены.

Нурлан Муканбединов, заведующий отделением скорой медицинской помощи КГП «Поликлиника г.Сатпаев», в «неотложке» не новичок – отдал ей полтора десятка лет. Немногословен, но говорит по существу. Недочеты в работе возглавляемой службы признает. А защищает с документами в руках.
– Качество нашей работы оценивается по специальным индикаторам. У нас везде установлена АДИС программа, записывающая все звонки, поступающие в нашу службу и автоматически перебрасывающая эти записи в оргмедкабинет и ко мне. Внести изменения в них могу только я. Но весь процесс отслеживается Карагандой. Если бригада уделяет вызову больше времени, чем положено, мне сразу звонят и интересуются, почему.
– Вы в системе скорой медицинской помощи с 2004 года. Новые поправки в закон об оказании скорой медицинской помощи были нужны? Или они мешают?
– Они были очень нужны. К примеру, хронические больные, находящиеся под наблюдением у семейных врачей, постоянно вызывают скорую медицинскую помощь. Мы не имеем права отказывать, и не отказываем, хотя это и не экстренные больные. Но это происходит ежедневно. А так как автопарк у нас до недавнего времени был небольшой, это сказывалось на экстренных вызовах. Плюс большие расходы того же горючего, работы медперсонала, лекарственных средств и т.д., которые раньше мы компенсировали из собственного кармана службы. Сейчас этот вопрос решен в обоих случаях: к кому прикреплен хронический больной, тот и несет перед нами расходы, а дополнительные новые спецмашины позволили более оперативно и качественно оказывать экстренную помощь.
– Сравнительно недавно общественность обоих мегаполисов и профильное министерство дали неудовлетворительную оценку работе службы скорой медицинской помощи. В чем, на Ваш взгляд, причина?
– Больной, вызывая «скорую», ждет врача-специалиста, который бы на месте определил, какое у него заболевание и тут же назначил лечение. Но врач скорой медицинской помощи не многопрофильный узкий специалист, его задача – довезти экстренного больного целым и невредимым до такого специалиста. Да, до недавнего времени наши кареты не были оборудованы специальной аппаратурой, которая помогала бы нашим врачам и фельдшерам более успешно выполнять свою задачу. Сейчас, как я уже сказал, мы получили несколько машин (впервые!), оснащенные новейшим оборудованием, в том числе и для снятия ЭКГ с дистанционным управлением. Другими словами, данные, снятые этим оборудованием, сразу получают Карагандинский кардиоцентр и российская компания, которая поставила это оборудование! Плюс, до недавнего времени у нас не было в достаточном количестве специалистов, сейчас есть. Не было многих лекарств, сейчас есть. Не было контроля за выездом «скорой» на вызов, сейчас есть. И были машины, которые давно пора было сдать в утиль. То есть, люди оценивали нас, исходя из прежних условий, а они были, мягко говоря, неудовлетворительными по всем показателям. Сейчас, надеюсь, жалоб будет меньше.
– Надеемся и мы. Тем более, что я лично был участником случая, когда женщина упала в ста метрах от станции скорой медицинской помощи, но пришлось ждать полчаса, чтобы бригада соизволила приехать. Да и то, только после того, как прохожие сами туда пошли и устроили скандал. Но и когда скорая приехала, врачи забросили женщину в машину, как мешок с… То есть, подобное отношение тоже сказалось на оценке работы скорой медицинской помощи.
– Я не говорю, что у нас все идеально. Есть человеческий фактор. Но поправки предусмотрели и это. Сейчас, как я уже сказал, все вызовы записываются и автоматически отсылаются «наверх». Другими словами, контроль за работой скорой медицинской помощью теперь на всех этапах и в режиме реального времени.
– Недавно министр здравоохранения высказался в том ключе, что врач имеет право на ошибку, что вызвало негативный общественный резонанс. А как думаете Вы?
– Ошибки есть. Они даже неизбежны. Но мы, врачи, должны сделать все, чтобы спасти больного. Тем более, что сейчас за свои ошибки мы будем платить из своего кармана. Буквально – нам просто не будут платить, или будут накладывать штрафы. То есть, мы в любом случае не заинтересованы в допущении врачебных ошибок или игнорировании вызовов.
– Штат станции скорой медицинской помощи нашего города укомплектован на 100%?
– Не совсем. Фельдшеров хватает. И санитаров хватает. А вот с врачами туго. Днем я. Вечером врачи с других структур на подработке. Почти не спим.
– Другими словами, с кадрами экстренной медицинской помощи у нас плохо?
– Не только у нас, по всему Казахстану.

***
Для справки. На сегодня в нашей стране в службе скорой медицинской помощи работают 24 самостоятельных станции, 227 отделений скорой медпомощи. Из них 67% находится в нетиповых зданиях. Автопарк представляет 2100 единиц специализированных автомобилей. Авиапарк – 33 воздушных судна, из них 11 вертолётов и 22 самолёта. Оснащённость медицинским оборудованием составляет 78%. По данным управлений здравоохранений, в регионах процент оснащенности GPS-навигации – 64%. В службе скорой помощи трудятся более 2100 врачей и более 3000 человек из среднего медицинского персонала.
Фото автора.

Комментарии закрыты.