Его хранила судьба

День Победы в Великой Отечественной войне – долгожданный праздник со слезами на глазах. Но не всем оставшимся в живых солдатам войны посчастливилось встретить 9 мая 1945 года при благоприятных обстоятельствах, с орденами и медалями на груди. Годы войны все дальше уходят от нас. Перед нами открываются новые факты истории жизни многих людей, переживших войну и личную трагедию, в том числе и неожиданные, в которые иногда не хочется и верить. Все это стало возможным благодаря архивным документам, неведомым и недоступным ранее, где скрывалась невыдуманная правда, порой нелепая и непредсказуемая. Мой рассказ – правдивая история об одном из участников Великой Отечественной, нашем коллеге Мажите Джаксылыкове, принимавшем участие в сражениях под Москвой, но попавшем в плен и осужденным за это на долгих 10 лет.

Уроженец села Аксу Мартукского района Актюбинской области Мажит Джаксылыков мечтал о карьере журналиста. Литературный талант проявился в нем еще тогда, когда в детстве стал увлеченно сочинять небольшие рассказы, похожие на сказки. В ранние детские годы потерял отца, а когда ему исполнилось 12 лет, умерла мать. Поэтому до 19-летнего возраста воспитанием мальчика занимался дядя. Попал по сложившимся обстоятельствам в Унжарскую детскую коммуну, где стал учиться грамоте. В возрасте 21 года, вернувшись на родину, как представитель новой сельской интеллигенции, приступил к работе секретаря колхоза, окончив по рекомендации комсомольской организации Актюбинска годичные курсы комсомольских работников. Первый опыт журналистской деятельности пришелся на время работы в редакции газеты «Актюбинский комсомолец». Здесь он смог показать себя с лучшей стороны, а в написанных им материалах проявились прекрасные задатки для работы на журналистском поприще и умение владеть грамотно словом. В этой связи, как один из подающих надежды сотрудников местного органа печати, М.Джаксылыков был направлен обкомом комсомола в Алматинский институт журналистики. К сожалению, в это время по семейным обстоятельствам учиться не смог, правда, удалось устроиться в республиканскую газету «Социалистік Қазақстан». Заветная мечта учиться в институте журналистики все же осуществилась, но закончить его так и не успел. Началась война, и в июле 1941 года, почти в самом начале войны, был призван в Красную Армию с зачислением в 312-ый гвардейский полк 16-ой стрелковой дивизии, где исполнял обязанности политрука взвода. Это легендарное воинское подразделение, сформированное в Казахстане в большей части из представителей алматинской интеллегенции, руководил которым генерал-майор И.В.Панфилов, сыграло определяющую роль в исторических сражениях на подступах к Москве. Сражались не на жизнь, а насмерть, сдерживая непрекращающийся натиск вражеских сил и не сдавая легко позиций вдоль дороги, ведущей прямо к сердцу Родины. И знаменитая фраза, принадлежащая политруку В.Клочкову, ставшая в наши дни крылатой: «Отступать некуда – за нами Москва!» из повести Б.Момышұлы, была характерна для каждого воина, воевавшего на здешнем, важном и значимом для каждого советского гражданина, направлении фронта. Три раза принимал участие в боях против немецко-фашистских войск под Волоколамском, имел ранения в ногу и руку. В одном из ожесточенных боев был ранен осколками мины в голову, потерял сознание, после чего попал в плен. Похоже на то, что это случилось в известном в истории войны легендарном сражении за оборону Москвы близ Волоколамского шоссе. С этого самого момента начинается обратная сторона славного боевого пути защитника Отечества, ни за что не желавшего себе такого бесславного конца в первый же год войны – быть плененным и потом, долгие годы за это нести крест расплаты. За то, что был в бессознательном состоянии и не мог постоять за себя, когда их, раненых, подбирали немцы в качестве трофея с поля боя.

Стоит отметить, что в 1941 году местом, где разыгралась одна из самых кровавых трагедий начального периода войны, стала Вяземская земля. В течение первых двух недель октября Германские войска разгромили и окружили на московском направлении основные силы Западного и Резервного советских фронтов. Противником взято в плен огромное число советских военнослужащих, которые были размещены в импровизированных пересылочных лагерях, организованных захватчиками на оккупированной территории. Вот в такой лагерь, соз­данный и в самой Вязьме, попал 31-летний раненый Мажит. Здесь он в составе рабочей команды могильщиков из физически здоровых военнопленных занимается вывозом на подводах и закапыванием умерших пленных. Рассказывал, что от усталости, болезней и непреодолимого голода порой падали на землю и засыпали прямо на трупах. Дальше после перевалочного лагеря в числе других был переведен в пересыльно-сортировочный лагерь Беньяминово, расположенный западнее Варшавы. Военнопленные находились тут в страшных нечеловеческих условиях: свирепствовали дизентерия, сыпной тиф, некоторые лежали без одеял и теплой одежды в сырых неотапливаемых казематах крепости, а тысячи других – под открытым небом в крепостных рвах. Сколько именно пленных умерло в этом лагере, выяснить невозможно, известно лишь то, что в период с октября по декабрь 1941 года ежедневно в подобных лагерях умирало от 200 до 500 советских военнопленных. Потом был Яновский концентрационный лагерь, организованный нацис­тами в сентябре 1941 года. Затем переведен в лагерь для военнопленных в местечке Брудно, где в большинстве своем помещали представителей восточных народов Союза ССР, которых использовали для восстановления железной дороги. Где бы ни находился, чем бы ни занимался, будучи в плену, М.Джаксылыков всегда искал случая при первой же возможности вырваться из-под власти фашистов и уйти к партизанам оккупированных стран. Вообще география пребывания в странах Западной Европы у этого человека, как, впрочем, и у остальных с подобной судьбой, обширна: после Франции была Германия, опять Польша – нахождение в рабочем батальоне Кракова, Италия. Только здесь смогла осуществиться его давняя мечта: весной 1945 года удалось наконец-то в числе других бежать и примкнуть к отряду итальянских патриотов-сопротивленцев, действовавших в провинции Пьяченца близ города Пизы. Несчастье словно преследовало его повсюду. Отсюда после освобождения территории союзными войсками был помещен в лагерь, находящийся в Австрии, для дальнейшей репатриации на Родину вместе со всеми освобожденными из немецкого плена. В сентябре 1945 года специальным эшелоном был доставлен на станцию Анкино в Башкирии, откуда в декабре был демобилизован. Но суровые времена для Мажита Джаксылыкова на этом не закончились. Впереди его ждала неизвестность, хотя он и догадывался о том, что было с теми, кто по разным причинам побывал в плену у врага.

Час «расплаты» наступил очень скоро. В середине января 1946 года решением Актюбинского НКВД после обыска и допроса Мажит был арестован. Среди изъятых при обыске вещей была справка на иностранном языке, в которой указывалось, что этот человек действительно принял участие в сопротивленческой деятельности в отряде итальянских партизан против немецких захватчиков. Уже позже, когда справку перевели на русский язык, стало известно, что, если бы ее содержание было доступно во время проводимых допросов, возможно, судьба М.Джаксылыкова была бы менее трагичной. А тогда в июле 1946 года в отношении младшего политрука Выездная Сессия Военного Трибунала Туркестанского Военного Округа вынесла приговор о лишении свободы в исправительно-трудовых лагерях сроком на 10 лет с последующим поражением в правах на 5 лет и лишением воинского звания «младший политрук». В период с июля 1946 по 20 декабря 1954 годов отбывал наказание в исправительно–трудовом лагере Степной, находящемся на месте бывшего поселка Комсомольский недалеко от поселка Жезказган. Работал подземным проходчиком на бывшей шахте «Покро» в районе населенного пункта ГРП. Отсюда и освобожден на вольное поселение с подпиской о невыезде. Вообще по жизни, похоже, что Мажит был добродушным и порядочным человеком, обладающим большим кругозором, думающим и мыслящим, любящим свой народ и не растерявшим с годами веру в людей, потому как к нему многие тянулись и находили в нем настоящее, не напускное, что-то идущее от сердца. И он таким же образом в начальнике отряда, где отбывал ссылку, обрел друга по жизни. Вахит Кудабаев приютил его у себя. Первое время один, потом, женившись, с семьей, Мажит, до получения собственной квартиры, надолго задержался на «Шанхае» в доме у товарища, с которым стали за все эти годы родными по духу людьми. Потом, пожив немного на Весовой, с женой и четырьмя детьми после получения разрешения на выезд, вернулся на родину. Дочь М.Джаксылыкова Камажай, предоставившая мне для работы выписки и копии архивных документов, так вспоминает о своем отце:

– Отец был немногословен. По прошествии лет я, как драгоценные бусинки, собираю в единое целое воспоминания, связанные с теми нечастыми откровениями в минуты грусти или радости. Любил казахские песни, говорил о богатстве и красоте казахского языка. Часто, сидя у него на коленях, как сейчас помню, любила слушать его неторопливую речь и то, как он поет песни. Когда мне исполнилось 20 лет, отец ушел из жизни. Он был всегда для нас непререкаемым авторитетом. Я часто думаю, почему он замыкался в себе, как будто нес на плечах непосильную ношу, которую не мог скинуть, чтобы стало легче. Каждый раз, когда рассказывал истории о войне, слезы наворачивались на его глаза. Но я своим детским сознанием понимала, что за слезами пожилого, но ранимого человека стоит непроходящая боль, которая застыла навсегда в его добром и чутком сердце.

К сожалению, железным колесом прошлась война по людским жизням, исковеркав и поломав судьбы. В войну было трудно всем, но особенно нестерпимо горько было тем, кто волею судьбы оказался в плену у нацистов. Какое может быть состояние у людей, находящихся в нечеловеческих условиях обитания, где работа до обмороков, где самое большое лакомство – кусочек хлеба, а люди погибали от истощения, постоянного холода, изнурительной работы. На основании Указа Президиума Верховного Совета СССР от 16.01.1989 года «О дополнительных мерах по восстановлению справедливости в отношении жертв репрессий, имевших место в период 30-40-х и начала 50-х годов» реабилитирован в декабре 1992 года. С таким запозданием, уже после его смерти, честное имя человеку, ушедшему на фронт, чтобы бить врага, но попавшему в плен по не зависящим от него обстоятельствам, было восстановлено. На примере жизни таких, как Мажит Джаксылыков, приходит осознание, что те, кто выжил в войне, пройдя все круги фашистского ада, до конца дней сохранил память в своем сердце в виде жутких о ней воспоминаний, но ни на секунду не растерял человеческих качеств и смог передать своим детям все, что было хорошего в нем заложено природой.

Айгуль ТУТЕЕВА.

Комментарии закрыты.